31.08.2010 — 31 августа День Рождения Марии Монтессори

Две женщины. Две судьбы, посвященные детству. Одна продолжает другую. Они были уверены, что если мы хотим усовершенствовать наше общество, то “изучение ребенка совершенно необходимо, ввиду последствий, которые детство имеет для дальнейшей взрослой жизни”. Эти женщины были учительницами в начале века, воспитывали детей, как это делают тысячи милых учительниц в любое время и в любой стране. И все-таки имя по крайней мере одной из них прогремело на весь мир. Поразительно: с дидактическими материалами, которые были придуманы сто лет назад, вот именно с этими кубиками, бусинками и цветными табличками с величайшим увлечением занимаются и сегодняшние дети! Так же как в Доме ребенка у Марии Монтессори или в детском садике у Юлии Фаусек и в наши дни в Монтессори-школе поливает каждый ребенок по утрам свой маленький цветок.

Елена ХИЛТУНЕН

100lir

О жизни Марии Монтессори – учительницы и ученой.

Эта женщина по сей день остается гордостью Италии. Ее портрет напечатан на итальянских лирах, а имя трижды числилось в списках, поданных на Нобелевскую премию. Можно по пальцам пересчитать педагогические университеты в мире, где по сей день не ведутся спецкурсы по педагогике, названной в ее честь. Она посвятила себя служению детям, страстно отстаивая их права на свободное, сообразное природе развитие. Тысячи учителей, вдохновленных идеями Марии Монтессори, стали приверженцами гуманистического реформирования школы.

Но сама она была далека от политики и все помыслы связывала с наблюдением и изучением детей. Жизнь Монтессори была окружена ореолом противоречивой загадочности, всемирной известности и неувядающей славы.

День рождения Марии Монтессори празднуется 31 августа, когда ребятишки в России и в некоторых других странах мира укладывают в школьные ранцы тетрадки, готовясь к новому учебному году. (Совпадение?..)

Она всегда любила резкие повороты, любила начинать и увлекаться новыми идеями. В моменты таких поворотов происходили события, которые она считала мистическими разрешениями, потому что не могла иначе объяснить, что именно с ней происходило.

Несказанной дерзостью для женщины в тогдашней Италии было поступить на медицинский факультет Римского университета – врачами становились только мужчины. Мария Монтессори стала студенткой и через два года получила право изучать не только естествознание, физику и математику, но и непосредственно медицину. Ей было 26 лет. Она стала первой в Италии женщиной-врачом.

Еще в пору университетской жизни Мария Монтессори активно выступала за социальные права женщин, искала государственной поддержки социальным программам, связанным с женщинами и детьми, и стала одним из лидеров. Ее избрали делегатом Международного конгресса женщин в Берлине. Речь Марии Монтессори на этом конгрессе была проникнута такой живостью, критичностью и поразительной для молодой женщины компетентностью, а сама она на трибуне была столь очаровательна, что участники конгресса долго и воодушевленно аплодировали ей. Ее запомнили. Пришла первая известность.

Вернувшись в Рим, Мария стала работать ассистенткой врача в университетской клинике. Ей не раз приходилось наблюдать лечение детей с ограниченными умственными возможностями. Эти дети были изолированы от мира и представлялись ей маленькими пленниками. Среда их обитания была исключительно скудна. Ни о каких игрушках или книжках не могло быть и речи. Однажды Мария заметила, как после обеда дети нашли корку хлеба и разминали ее. Корка была их единственной игрушкой. Воспитательница приветствовала эту игру, потому что других предметов для занятий у детей не было.

Мария Монтессори обратила внимание на важнейшее для развития, а порой и для восстановления детей значение предметной среды, окружающей ребенка. Но формирование развивающей среды вряд ли касалось медицины.

Она стала изучать работы французских психологов Итарда и Сегена. С трудом отыскала их и перевела на итальянский. Итард был знаменит как учитель “дикаря из Аверона” – дикого мальчика, который вырос, как зверек, в лесах Аверона. Итард пытался научить его мыслить, пробудить хоть проблески интеллекта. Ученики Итарда и Сегена были умственно отсталыми детьми. И чтобы успешно работать с ними, ученые придумали богатый материал для упражнений в сенсомоторике. Но с помощью этого материала можно было лишь диагностировать развитие ребенка. Они не были приспособлены для дидактической работы. “Психологические орудия” оказались столь совершенными, что пережили столетие. Ими по сей день успешно пользуются психологи всего мира, и вряд ли кому из специалистов надо сегодня объяснять, что такое “доски или рамки Сегена”. Для Марии Монтессори изучение работ Итарда и Сегена было ответом на вопрос, чем она будет заниматься в дальнейшем, какой вклад сделает в науку и образовательную практику. Она перевела книги Итарда и Сегена на итальянский язык, переписывая перевод от руки, “чтобы, – как она писала, – я могла взвесить и постичь смысл каждого слова и не только понять значение, но и почувствовать сам дух автора”.

mm5

 Настало время, когда Мария Монтессори поняла, что проблемы умственно отсталых детей – это не только медицинские проблемы, но и (а часто и прежде всего) педагогические. Надо учиться работать с такими детьми не в больнице, а в школе. Эти идеи по тем временам были крамольными, потому что влекли за собой не только перестройку сознания людей в отношении к детям с ограниченными возможностями, но и изменение уклада жизни любой традиционной школы. Мария Монтессори в своих размышлениях рискнула поставить фигуру Ребенка с его единственной и неповторимой жизнью, больного ли, здорового – любого, в центр мироздания. Она стала наблюдать и изучать эту жизнь в каждом отдельном проявлении и в то же время зачитывалась трудами по антропологии человека. К тому времени в Римском университете уже несколько лет существовал основанный Джузеппе Серги институт экспериментальной психологии, где Мария Монтессори начинала вести свои научные исследования.

Здесь она познакомилась с отцом своего будущего ребенка Джузеппе Монтесано. Они работали вместе, были коллегами и любили друг друга. Но брак не состоялся.

Мария боялась осуждения католической церкви, и поэтому, когда у нее в 1898 году родился сын, она почти сразу отправила его с няней в деревню вблизи Рима. Марио вырос без матери в рабочей семье, учился в интернате и долгое время ничего о ней не знал. Ирония судьбы – Монтессори имела ребенка и скрывала это, но всю свою жизнь отдавала чужим детям. Впервые они встретились, когда Марио был уже молодым человеком. Сопротивление католических священников было столь велико, что пришлось проявить немалую душевную храбрость и решимость, чтобы переломить осуждение церкви, выйти из постоянного внутреннего конфликта с самой собой и вернуть сына. Сначала Марио сказали, что он племянник этой незнакомой дамы. Позднее он вспоминал, что дама показалась ему доброй, приветливой и откровенно понравилась. Тогда ему объяснили, что Мария Монтессори – его мать. Это был миг счастливого потрясения. С тех пор до конца жизни они оставались вместе и жили друг для друга.

Когда весной 1900 года Лига женщин Италии открыла в Риме ортофреническую школу, Монтессори согласилась стать ее директором. Ей дали “разбег” длиной всего в три месяца. Она впервые попробовала создать для детей с ограниченными возможностями специальную развивающую среду. alt И уже через три месяца комиссия из представителей министерства образования Италии, членов лиги и городского совета пожаловала с подведением итогов ее работы. Сначала, как водится, было короткое выступление самой Монтессори, затем учителя школы отвечали на вопросы, и, наконец, дети показали то, чему они научились за столь короткое время. Результаты были ошеломляющие. Школа и труд ее педагогов во главе с директором были справедливо оценены очень высоко.

6 января 1907 года в предместье Рима в Сан-Лоренцо была открыта первая школа для здоровых детей, которая стала работать по методу Марии Монтессори – знаменитый Дом ребенка (“Casa dei Bambini”).

В Сан-Лоренцо жили бедные семьи рабочих окрестных фабрик. Они вряд ли могли платить за содержание своих детей в школе или детском саду. Поэтому меценатом Дома ребенка стал владелец местных трущоб Эдуардо де Салама.

mm7 Он предоставил М.Монтессори и ее молодым коллегам хорошее помещение, обеспечил мебелью, которая сначала не слишком устроила педагогов, но потом была приспособлена для жизни детей. Монтессори принесла туда специальные сенсомоторные материалы, предоставила детям возможность выбирать и стала наблюдать их свободную работу.

Спокойная, дружелюбная атмосфера, спонтанное трудолюбие и естественная для детей концентрация внимания на собственной деятельности стали отличительной чертой уклада жизни домов ребенка.

Успехи в Сан-Лоренцо обсуждала вся итальянская пресса. Вокруг Марии Монтессори образовался круг молодых, интересующихся новой педагогикой учительниц.

mm8 Курс лекций, который в это время профессор Монтессори продолжала читать в Римском университете, в 1909 году был опубликован отдельной книгой с названием “Антропологическая педагогика”. А в следующем году молниеносно разошлась по миру другая книжка, вышедшая на английском. Она называлась “Метод Монтессори”, и ее сразу же перевели на 20 языков мира. Через два года, в 1913 году, ее прочитали в России под названием “Дом ребенка. Метод научной педагогики”. Но это еще не главный педагогический труд Марии Монтессори. О самом важном она написала гораздо позже, во второй половине жизни.

Монтессори была прекрасным оратором, вдохновенным пропагандистом своих идей. Педагоги всего мира съезжались в римский Дом ребенка, чтобы послушать ее и увидеть все своими глазами.

mm8 Идеи гуманистической педагогики завоевывали мир. Зимой 1923 года ее сын Марио Монтессори пишет письмо главе итальянского государства, обращая внимание на то, что образовательная система, рожденная в Италии, распространилась повсюду, школы Монтессори появились даже в Новой Зеландии, Индии и в Китае. Ответом на это письмо стала встреча Марии Монтессори с Муссолини, который был тогда главой итальянского правительства. Состоялось официальное признание новой педагогической системы в Италии, и на ее развитие были отпущены большие средства. Указом короля Виктора Эммануила при патронаже королевы Маргариты было создано Монтессори-общество. Известно, что в 1926 году на 6-месячные тренинговые курсы этого общества для учителей Италии Муссолини выделил из собственного фонда 10000 лир. Он и сам решил на этих курсах присутствовать. А тремя годами позже был открыт специальный колледж с базовой школой, построенный по проекту Марии Монтессори лучшими архитекторами и инженерами Италии. При открытии колледжа Монтессори сказала, что ее не интересует политика и что главным для нее является создание условий свободного развития и воспитания детей и научных наблюдений за ними.

mm12 Но как бы ни пытались учителя уйти от политики, все же это не удавалось. Свободные Монтессори-школы были вскоре запрещены в Испании во время восстания бюргеров в Барселоне, их разгромили в фашистской Германии и самой Италии во времена национал-социализма, а в России Монтессори – детские сады и школы были закрыты в середине 20-х, подавленные политикой поголовного коллективизма. Учителей назвали космополитами, поддавшимися западным влияниям.

Спасаясь бегством от преследований, М.Монтессори уезжает сначала в Испанию, затем в Голландию, а в 1936 году по приглашению Теософского общества уезжает с чтением лекций в Индию, в Мадрас.

mm11 Душевные потрясения, горечь и страх за будущее вытеснили все научные постулаты, которым Мария Монтессори была верна в прежние годы. Наука перестала иметь для нее прежнее значение. Она предалась религиозным размышлениям. Спасала близость с сыном, который стал ей верным другом и помощником. За семь лет эмиграции в Индии она обучила своему методу более тысячи педагогов.

Мария Монтессори вернулась в Европу сразу после войны. Ей было уже 76 лет. Но ее энергии можно было только удивляться. В начале 50-х она написала свои главные психолого-антропологические труды. Их перевели на многие языки мира. Русских переводов, к сожалению, нет до сих пор. Монтессори по-прежнему много выступала и самые ответственные учебные курсы всегда вела сама.

mm9

Последние несколько лет Мария Монтессори вместе с сыном жила в Голландии, стране, которую она очень любила за гостеприимство и особый интерес к ее гуманистическим идеям. В 1950 году ей была присвоена почетная степень доктора, профессора Амстердамского университета. Ее труды выдвинули на Международную Нобелевскую премию.

Она скончалась в Голландии в мае 1952 года и была похоронена в местечке Нордвийк на маленьком католическом кладбище

Данная статья была опубликована в номере 17/1999 газеты «Первое сентября» издательского дома «Первое сентября».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *